⇧ Наверх
"Золотая линия" Астаны - экскурсия по центру столицы Казахстана

Драма в музее

Ксения ЕВДОКИМЕНКО

Дом-музей Ахмета БАЙТУРСЫНОВА в центре Алматы попал в официальный список сакральных мест Казахстана. Но сейчас музей едва жив, а государство не может насильно спасти его…

Юридически здание принадлежит общественному фонду в составе трех учредителей: Серика Самыратовича БАЙТУРСЫНОВА (до девяностых носил фамилию КАКИШЕВ, он сын племянника Ахмета Байтурсынова), брата нынешней жены Серика Самыратовича Армана ТОЙКЕНОВА и ученого-ахметоведа Райхан ИМАХАНБЕТ. Она не имеет кровного родства ни с кем из членов семьи, но занимается музеем уже двадцать шесть лет. Эта женщина издает книги, проводит экскурсии, представляет фонд и дом-музей на различных конференциях и мероприятиях. И очень надеется на то, что рано или поздно музей снова перейдет под опеку государства.
- По моему мнению, музей - это не личная собственность наследников, - уверена Райхан, - а достояние всего Казахстана. Поэтому музей не может находиться в ведении и управлении одного человека. Тем более он им не занимается. Из-за этого я здесь уже двадцать шесть лет работаю на энтузиазме, без отпуска.
Одноэтажный особняк находится на бывшей улице Космонавтов, получившей имя Байтурсынова в 1993 году. В этот дом к приемной дочери Шолпан ученый с женой вернулся из ссылки, и отсюда же спустя два месяца Байтурсынова увели на расстрел. В 1988 году, после запоздалой реабилитации, стало понятно, какую большую роль Байтурсынов сыграл в становлении самосознания нации, и начались поиски места для дома-музея. Оказалось, что из всех квартир, в которых жил в Алматы Байтурсынов, уцелел лишь этот дом. Правда, находился он не в самом лучшем состоянии и был заселен огромным количеством людей, в стенах прорублены дополнительные двери, а здание не подключено ни к центральному водоснабжению, ни к отоплению, ни к канализации. Соответственно, и внешне дом был далеко не таким чистеньким и аккуратненьким, каким мы его сейчас видим. Музей создавался в первые годы независимости Казахстана, и тогда было принято решение безвозмездно передать здание внучатому племяннику, воспитывавшемуся в семье Ахмета Байтурсынова, Самырату КАКИШЕВУ и соответствующему общественному фонду, которым занимались родственники просветителя и Райхан Сахыбеккызы, всю жизнь посвятившая изучению, изданию и популяризации наследия Байтурсынова.

В 1997 году Самырат умер. В 1998-м, к 125-летию Байтурсынова, государство выделило на кап­ремонт здания и оформление экспозиции девять миллионов тенге. Огромную по тем временам сумму. “Можно было новый дом построить”, - смеется Райхан. Но в основном они пошли на обустройство экспозиции и внешний лоск. Еще три года после ремонта дом был практически непригоден для обитания в нем зимой, а воду для полива высаженных по периметру елок носили из ближайшей колонки.
- Серик Самыратович всегда был занят республиканской школой-интернатом для одаренных детей
им. Мунайтпасова, в которой работал директором. Когда школа переехала в Астану и Серик Самыратович за ней, музей и вовсе оказался заброшенным. Нам пришлось через СМИ поднять проблемы коммуникаций музея, чтобы решить хозяйственные вопросы, - делится хранительница музея.
Из чего же складывается бухгалтерия сакрального места? Райхан с готовностью рассказывает об этом. Она дока в работе с государственными тендерами и регулярно готовит к изданию книги, связанные с Байтурсыновым. Положенный ей гонорар предпочитает брать не деньгами, а книгами по себестоимости. В течение нескольких лет Райхан продает их и получает деньги для оплаты коммунальных услуг, обустройства территории. Серик Байтурсынов оплачивает налог на землю. Технический паспорт здания до сих пор не сделан...

- Он мне все время говорит, чтобы я немного подождала и вот-вот все наладится. Но ничего не меняется. Говорит, что дом-музей - это дело его предков, отца Самырата и перейдет к его сыну. Когда это будет и кто сейчас будет заниматься всем этим? Я считаю, что, став государственным, музей получит гос­обеспечение, штатные единицы, деньги на ремонт и обновление экс­позиции. А сейчас он тихо умирает. Но государство не может просто взять и отобрать дом. Мне предлагали написать письмо о том, что глава фонда ненадлежащим образом исполняет свои обязанности, тогда, мол, можно будет принять какие-то меры. Но это тоже не по-людски, я не могу так сделать. Поскольку здание уже приватизировано, государство готово даже не забирать его насовсем, а получить в долгосрочную аренду. Но Серик Самыратович не принимает решения, не берет телефон, не хочет общаться по этому поводу.
Мы также тщетно пытались связаться с Сериком Самыратовичем, чтобы узнать его мнение по поводу состояния музея.
Кроме Райхан в музее всегда дежурит кто-то из ее студенток - женщина преподает в КазНУ. Райхан - преподаватель казахского языка и литературы, работала журналистом. Общение по долгу службы с Шолпан, приемной дочерью Байтурсынова, переросло в общность интересов, и когда Шолпан Ахметкызы передала ей несколько папок с собранными документами, фотографиями, Райхан восприняла это не только как доверие, но и как серьезные обязательства.

- Это доверие дорогого стоит, - говорит Райхан. - Она отдала это мне, а не, к примеру, своей дочери Айман, потому что кроме кровного родства для работы с наследием Байтурсынова необходимо владение языком, способность читать его работы, в том числе и на основе арабской графики, понимать их важность в контексте истории, да и просто болеть этой работой! Например, я очень переживаю, что сейчас из-за сложных внутрисемейных отношений не может в музее бывать дочь Серика Самыратовича от первого брака Юля БАЙТУРСЫНОВА, чудесная девушка, которая всегда мне помогала работать с англо­язычными экскурсиями, для которой очень важна история ее предков.
Конечно, сама Райхан больше любит рассказывать о Байтурсынове, чем о трудностях, которые выбрала себе сама, попав под обаяние исторической личности. Она любит с документами на руках развенчивать все мифы, которые витают вокруг Байтурсынова. О том, что с Бадрисафой (до брака носила имя Александра) поженились они уже после тюрьмы и ссылки, например. А Райхан показывает телеграмму, в которой женщина после первого ареста мужа обращается к властям и подписывается как жена Байтурсынова. Рассказывает красивую легенду любви Ахмета и Александ­ры, двух учителей, из-за которой озеро близ Костаная, где начинался их роман, назвали Учительским. Объясняет, почему реабилитация Байтурсынова была невыгодна многим казахстанским ученым, построившим свои работы на его материале. Объясняет, почему так важно было Байтурсынову учиться именно на русском языке. Легенд и историй в запасе гораздо больше, чем подлинных предметов в этой экспозиции: за свою жизнь Байтурсынов пять раз был в тюрьме, дважды - в ссылке, так что предметным миром не оброс.

Наша справка
Своих детей у Ахмета Байтурсынова и Бадрисафы не было. Бездетная пара, как это принято у казахов, свою любовь отдавала детям братьев. Сыновьям старшего брата Какиша - Аумату и Казихану, как и любимице Шолпан, дочери младшего брата Машена, Байтурсынов дал свою фамилию.

Комментарий в тему
Данияр АЛИЕВ, заместитель руководителя управления культуры Алматы:
- В Алматы несколько домов-музеев известных персон - Кунаева, Тлендиева и других, и занимается ими государство. Думаю, это правильно. Было бы хорошо, если бы и дом-музей Байтурсынова тоже перешел в ведение государства, тем более что он попал в список сакральных мест Казахстана. Мы этим вопросом занимаемся, но пока не нашли общего языка с Сериком Байтурсыновым.

Ксения ЕВДОКИМЕНКО, фото Владимира ЗАИКИНА и Романа ЕГОРОВА, Алматы

Темы: Сакральный Казахстан
Загрузка...
Астропрогноз
на 26 сентября

Золотые слова

«- Если не будете помогать киноиндустрии, то так и будете всю жизнь смотреть “Ленин в октябре” да “Человек с ружьем”, да прос­тят меня коммунисты... »

Нурлан НИГМАТУЛИН, председатель мажилиса:
Сказано представителю Миннацэкономики на пленарном заседании в среду.
Вопрос на засыпку

Как, на ваш взгляд, побудить будущих матерей внимательнее относиться к своему здоровью?

Картинки с Олимпа
от Владимира Кадырбаева