⇧ Наверх
"Золотая линия" Астаны - экскурсия по центру столицы Казахстана

Интересное кино следствия

Аскар ДЖАЛДИНОВ

Продолжающийся в Астане судебный процесс по одному из самых громких дел уходящего года принес сенсацию. Одна из подсудимых по коррупционному делу руководителей РГП “Казахавтодор” и Счетного комитета - государственный аудитор СК Ботагоз Копабаева - заявила: следователи требовали от нее указать на свое руководство: мол, получаемая часть взятки предназначалась именно ему. Теперь она раскаивается и утверждает, что оговорила свое начальство и свою же коллегу по СК Алмагуль ЖАНГИРБАЕВУ.

Дело рассматривается уже около двух месяцев. Напомним, в декабре прошлого года сотрудники Нацбюро по противодействию коррупции задержали двух аудиторов Счетного комитета РК Ботагоз Копабаеву и Алмагуль Жангирбаеву за получение взятки в 16 млн. тенге от генерального директора РГП “Казахавтодор” Серикжана МУКАШЕВА за не­отражение в аудиторском отчете выявленных нарушений нецелевого использования бюджетных средств. В целом же можно сказать, что силовики сработали четко по инструкции: велись наружное наблюдение и запись всех телефонных переговоров, записывалось видео с установленных в кабинетах камер.
Согласно фабуле дела антикоррупционщики имели оперативную информацию о том, что в РГП воруют деньги, и, чтобы его не разоблачили, руководство предприятия собирает деньги для взятки аудиторам, нагрянувшим в конце прошлого года с проверкой. Естественно, их ревизия показала множество нарушений. Если первоначальная проверка Копабаевой показала нарушения в сумме почти 2 миллиарда тенге, то Жангирбаева по своей линии ревизии обнаружила недостачу в 69 миллионов тенге. Руководителям “Казахавтодора” пришлось организовать сбор денег со всех филиалов, по миллиону с каждого. Практически все сознались в содеянном: и казахавтодоровцы, в том числе и гендиректор Серикжан Мукашев, и аудитор Копабаева, которую взяли с переданными деньгами в собственной квартире 16 декабря 2016 года. А в это время Жангирбаева находилась у себя дома и не подозревала, что ее коллега получает взятку. Некоторых в ходе следствия перевели в свидетели, другие рассчитывали на процессуальное соглашение - признав вину, получить минимальное наказание. Среди них оказалась и зам генерального директора госкомпании Гульназ РАМАЗАНОВА, которая переквалифицировалась в свидетели обвинения. Хотя по материалам уголовного дела именно она и была инициатором организации сбора средств и передачи взятки проверяющим. При этом выясняются весьма интересные совпадения, которые могли каким-то образом повлиять на ее дальнейшую судьбу и в целом на исход этого громкого дела.
А речь идет о родстве госпожи Рамазановой. Оказывается, буквально до недавнего времени она была родной женой нынешнего прокурора Акмолинской области Тимура ТАШИМБАЕВА. Отчасти эту информацию подтвердили сам господин прокурор и его коллеги из прокуратуры города Астаны и Генеральной прокуратуры, ответившие на наш запрос незамысловатой отпиской о том, что сведения о личной жизни руководителей надзорного органа не подлежат распространению. Да вот только, по нашим сведениям, до назначения господина Ташимбаева в Акмолинскую область он успел развестись с Рамазановой. Есть еще одно совпадение. На момент начала производства Тимур Газизбекович занимал должность начальника департамента по надзору за законностью оперативно-розыскной деятельности Генеральной прокуратуры РК. То есть по служебной необходимости имел доступ к информации по уголовному делу РГП “Казахавтодор” с самого начала.
Этот вопрос не оставляет не только журналистов нашей редакции, но и всех, кто причастен к делу. Он и задавался защитой Алмагуль Жангирбаевой в ходе допроса госпожи Рамазановой в суде. Но вопрос судьей почему-то отклонялся. Хотя, наверное, суд должен придерживаться принципов всесторонности и объективности при исследовании обстоятельств дела. Правда, все же Гульназ Рамазанова и так успела рассказать много интересного. Как выясняется, по сути, кроме показаний этой женщины и главбуха предприятия Шолпан КУРГАНОВОЙ, на второго аудитора Алмагуль Жангирбаеву ничего нет. Да только вот показания все время разнились. В начале все утверждали, что переговоры велись только с Ботагоз Копабаевой, но спустя время женщины стали указывать и на Жангирбаеву: мол, она тоже вымогала взятку. Да только нет почему-то в деле аудиозаписей телефонных переговоров и видеоматериалов с установленных скрытых камер в кабинетах. Только слова, записанные в ходе допросов спустя несколько месяцев после задержания арестов, когда Рамазанова и Курганова внезапно изменили показания с целью “изобличения” Жангирбаевой.
А теперь о самых интересных моментах, которые были в суде. Сумма взятки. Везде - и в официальных сообщениях Нацбюро, и в других документах - говорилось о получении взятки в размере 16 миллионов тенге. Но при обыске квартиры Копабаевой оперативники находят всего 13 миллионов тенге. В своем обращении в СМИ обвиняемый гендиректор РГП “Казахавтодор” Мукашев утверждал, что сбором средств непосредственно занималась Гульназ Рамазанова и, мол, она не донесла до аудитора 3 миллиона тенге. Между тем главбух Курганова призналась во время досудебного расследования (подтверждают другие фигуранты дела), что еще до прихода аудиторов Счетного комитета с региональных филиалов собирали по 500 тысяч тенге и в сейфе для них уже лежали “подарки” в размере трех с лишним миллионов, которые куда-то испарились. То есть сбор по миллиону тенге - это был уже второй круг. Есть еще одна интересная деталь, которая вылезла при просмотре оперативной видеозаписи в суде. В кабинете Мукашева Рамазанова возвращала своему шефу выделенные на ужин с аудитором Копабаевой остатки от 100 тысяч тенге. По чеку они посидели на 67 тысяч, а вернула зам директора всего около 10 тысяч тенге. Мелочь, а неприятно, и свидетельствует о многом. Есть в деле и записка Ботагоз Копабаевой, где аудитор указывает сумму взятки в 20 миллионов тенге и пишет с намеком: “Я не одна”. По показаниям Рамазановой, она эту записку, прочитав, вернула ревизору. Но как же было дальновидно с ее стороны сделать ксерокопию, чтобы потом подшить к материалам уголовного дела.
Кроме того, в суде всплыли другие любопытные моменты дела. Так, установлены многочисленные факты монтажа секретных видеозаписей, а также то, что оперативные разработки велись с 7 октября 2016 года (то есть задолго до прихода аудиторов на объект проверки) в отношении всех должностных лиц РГП, за исключением Рамазановой. Далее, Копабаеву с поличным задержали утром 16 декабря 2016 года, после чего она сама решила помочь в изобличении своего руководства в Счетном комитете, но официально ее задержание было оформлено только 20 декабря 2016 года.
Имеется еще одно занимательное видео следствия, сделанное 5 декабря 2016 года. В кадре сидит все та же Гульназ Рамазанова и рассуждает о возможности провокации со стороны аудиторов и навскидку называет возможную сумму нарушений в РГП “Казахавтодор” в 460-465 миллионов тенге. После чего женщина четко произносит, что решить по-доброму проблему с аудиторами не в силах и “позвонила даже мужу”. Эти слова она произнесла своему руководителю Мукашеву. А на тот момент ее мужем являлся, как ранее мы писали, нынешний прокурор Акмолинской области.
Конечно, в суде смотрели и другие серии занимательного видео следствия, где фигуранты дела, ничего не подозревая, открыто обсуждали детали сделки. Понятно, что под тяжестью таких неопровержимых доказательств практически все подсудимые и свидетели признали свою вину и раскаиваются. Только одна Жангирбаева почему-то уперлась и отрицает свою причастность. Другие-то не стали отпираться. А может, действительно женщина не подозревала, что ее напарница вела свою игру и собиралась обогатиться.
И вот вчера в суде была допрошена аудитор Копабаева, которая рассказала, что все ее показания с момента обыска в ее квартире 16 декабря 2016 года были даны под давлением сотрудников Нацбюро! В ходе свободного рассказа она объясняет, что Жангирбаева была не в курсе ее похода в ресторан с руководством РГП и между двумя аудиторами не было никакого сговора по сокрытию нарушений, выявленных в ходе проверки, и тем более про взятку за сокрытие. Единственный конфликт, который был между ними, - это распределение выявленных нарушений между ними в реестре нарушений для Счетного комитета, влияющем на рейтинг аудитора и на уровень показателей.

Аскар ДЖАЛДИНОВ, рисунок Владимира КАДЫРБАЕВА, Астана

P.S. Копабаева в самом начале следствия утверждала, что деньги собиралась передать вышестоящему начальству. Но теперь в суде она настаивает: ей пришлось очернить руководство Счетного комитета, потому что именно этого требовали следователи Нацбюро. Остается только добавить: по роковой случайности спустя два месяца после задержания аудиторов от сердечной недостаточности скончался руководитель Счетного комитета Козы-Корпеш ДЖАНБУРЧИН.

Загрузка...
Астропрогноз
с 18 по 24 января

Золотые слова

«- Резервом экономического роста являются самозанятые и безработные. Я не раз требовал разобраться по вопросу самозанятых. Министерство труда и социальной защиты населения проявило безответственность и поверхностность в этом деле. »

Нурсултан НАЗАРБАЕВ, президент Казахстана:
Вопрос на засыпку

Ваше впечатление от нового Налогового кодекса?

Картинки с Олимпа
от Владимира Кадырбаева

Прямой эфирКомментарии
 
Новости партнеров