⇧ Наверх
"Золотая линия" Астаны - экскурсия по центру столицы Казахстана

Сгодится нам такая наука!

Аскар ДЖАЛДИНОВ

Специальный гель Бауыржана АЙТУОВА (на снимке - в центре) высоко оценили и стоматологи, и их пациенты.

Мнение о том, что в Казахстане нет ученых, они все на барахолках, давно в прошлом. Отечественная наука хоть и медленно, но все же развивается. Образовать взаимовыгодный тандем ученых и коммерсантов правительство пытается не первый год, и уже есть положительные результаты: определенные разработки внедрены и работают на казахстанском рынке, а некоторые даже апробируются на международном уровне.
Этому во многом способствовал проект при участии Всемирного банка (ВБ) по коммерциализации научных разработок. Их отбор проводили семь специалистов (пять иностранных и два отечественных) в составе Международного совета по науке и коммерциализации (МСНК). О том, над чем сейчас работает МСНК, мы поговорили с его председателем Эриком АЗУЛАЕМ (на снимке), имеющим многолетний опыт экспертной работы в Венгрии, Мексике, Индии, Южной Корее, Израиле и Португалии.

- Насколько известно, проект ВБ и Казахстана длится не первый год. Каковы его успехи? Как казахстанцы могут оценить изобретения наших ученых?
- Первая фаза совместного проекта правительства Казахстана и ВБ была реализована в 2008-2015 годы. За тот период из рассмотренных и отобранных 65 научных разработок 40 мы смогли удачно коммерциализировать. Хотя, как показывает общемировая практика, лишь около 10 процентов научных заявок можно вывести на рынок. В этой сфере я работаю 15 лет и удивлен таким результатом. Это говорит о том, что в вашей стране есть не просто научный потенциал, а есть люди, способные делать прорыв в науке и бизнесе. Для них мы и выдаем гранты.
Все 40 проектов, думаю, перечислять не стоит. Но могу сказать о тех, которые уже вышли на хорошую коммерциализацию. Успешно работает аграрный проект. Научная группа разработала ушные бирки для скота со встроенными электронными чипами, позволяющими знать все о каждом домашнем животном. Конечно, подобные вещи есть и в других странах, но здесь нас подкупило то, какие материалы использованы для чипов. Это уникальный сплав пластмассы, с одной стороны, очень твердый и прочный, с другой - мягкий, позволяющий не повредить ухо животного. Команда, реализующая этот проект, имеет госзаказ от Министерства сельского хозяйства.
Другая группа молодых ребят разработала программное обеспечение для креплений в шахтах. Они быстро продали свой софт за рубежом. Интересный научный старт­ап получился и с металлическим порошком: его состав позволяет при плавке быстро и качественно соединяться с любым видом металлов и элементов, даже с рельсами. Лицензия на производство также успешно продана.
Но особо мы гордимся проектом, который позволяет остановить кариес на начальной стадии и стимулировать природную регенерацию зубной эмали. Специальный гель для стоматологии разработал казахстанский генетик Бауыржан АЙТУОВ. С нашей помощью он разрабатывал свой проект и проводил клинические испытания в Велико­британии. А казахстанские клиники, апробировав уникальную разработку, уже получили положительные отзывы стоматологов и пациентов. Лицензию автор продукта продал швейцарской фармацевтической компании.
- Вы сказали о первой фазе. Значит, есть и вторая. Поделитесь, пожалуйста, ее подробностями.
- Во второй фазе нашего проекта “Стимулирование продуктивных инноваций” мы рассмотрели около 450 инновационных работ, одобрив для реализации 23 изыскания. Это тоже неплохой результат. Здесь превалируют проекты в сельском хозяйстве, сфере IT, образовании, промышленности, строительстве, нефтяной и урановой промышленности, медицине и биотехнологии. Надеюсь, что мы сможем и их успешно монетизировать.
- А с патентами как? Они все казахстанские?
- Безусловно. Патент на изобретение и инновационный патент все научные группы получают от Казахстана, они действуют на территории страны. Это очень важно. Ведь главное условие нашего проекта - создать полезный продукт в первую очередь для казахстанского рынка. Уже позже, после первых продаж здесь, мы можем рассматривать рынки соседних стран, Азии и Европы. Но и казахстанские госорганы выдают патенты не всем подряд. Проводится патентный поиск на аналогичные изобретения.
- Проверка на аналогии и плагиат, наверное, не единственный критерий отбора?
- Есть три важных условия, которые перед нами и соискателями ставят правительство Казахстана и ВБ. Первое: есть ли коммерческая перспектива. Разработка может быть очень интересна в научном плане, но не иметь шансов на рынке. Второе: инновационная составляющая. Проект может быть успешен в коммерческом плане, но не иметь новизны и научной составляющей. Третье: софинансирование со стороны коммерческих структур. Это показатель заинтересованности рынка. И хорошая гарантия для автора проекта, что его изобретение будет востребовано и в будущем.
Есть и другие требования и критерии, они все прописаны в руководстве по грантам и правилам ВБ. После нашего экспертного отбора последнее слово остается за Министерством образования и науки и ВБ. Причем если государство в первую очередь следит за тем, чтобы не было плагиата, двойного финансирования, то у банка одно из важнейших условий - экологическая безопасность проекта. Кроме этого есть еще общемировые стандарты - у нас не финансируются разработки двойного назначения, производства алкоголя, наркотиков, оружия, игорный бизнес.
- Как определяется сумма гранта?
- В этом плане у нас установлены четкие критерии: минимум 180 тысяч долларов США, максимум - 230 тысяч. В течение трех лет с начала внедрения проекта научные группы должны выйти на коммерциализацию.
- А каков механизм реализации гранта?
- Во-первых, не предоставляется вся сумма сразу, мы ведем поэтапный контроль расходования предоставленных средств. В командах не должно быть более семи человек, предусмотрен предельный уровень зарплат. Оборудование, аренда помещений, командировки, расходные материалы, услуги третьих организаций, сертификация, консалтинг - на все эти затраты выдается разрешение. Даже налоги учитываются. Но при этом отпускные и премиальные, страховые и мед­услуги не оплачиваются из средств гранта, но могут быть покрыты за счет софинансирования.
- А если возникнут непредвиденные обстоятельства? Допустим, аресты счетов за несвое­временную уплату налогов или судебные разбирательства…
- Это все давно учтено. Начнем с того, что для практического внедрения научного проекта создаются абсолютно новые ТОО, без историй и обязательств. В группе обязательно должен быть человек с ученой степенью, хорошим бэкграундом, длительное время занимающийся научными работами. Кстати, хочу ответить, что в числе соискателей грантов не могут быть научно-исследовательские институты, так как они госучреждения и финансируются из бюджета. И обычно у таких организаций могут возникать задолженности по оплате коммунальных услуг, налогов и другие. Именно во избежание подобных рисков одно из главных наших условий - софинансирование разработок со стороны бизнеса.
- В нашей стране пока довольно сложно найти партнера...
- Это во всем мире сложно. Нужно понимать, что софинансирование не есть инвестиции, не венчур. Люди, которые вкладывают в наши проекты, прекрасно понимают риски, но они верят в разработку.
- Но не все ученые могут коммерциализировать свои разработки. Они же не бизнесмены.
- Конечно. Именно поэтому в команде ученых должен быть специалист по коммерции, человек, прекрасно разбирающийся в маркетинге, специфике рынка, знающий тонкости законодательства и реалии бизнеса. Без таких людей никак не продвинуть прикладную науку, об этом свидетельствует весь мировой опыт. Ведь если не будет в команде такого человека и вдруг иссякнут отведенные три года, то, несмотря на всю перспективность проекта, даже мы как организация-инкубатор ничем помочь не сможем. Группе соискателей придется уже самостоятельно искать дополнительные или новые источники финансирования.
- Сейчас конкурировать сложно, тем более когда под боком Китай...
- Главное - нужно понять, что не надо изобретать велосипед, уже давно придуманное. Но можно ведь совершенствовать то, что уже есть в мире. Так развиваются тот же Китай, Сингапур, Южная Корея, Япония. Только при конкуренции рождаются настоящие изобретения.
Когда к нам приходят и говорят, что у их проекта нет конкурентов, мы сильно сомневаемся. Да, бывают уникальные случаи, но в большинстве своем оказывается так, что люди просто не мониторят рынок или к разработке нет интереса со стороны рынка. Мы это все анализируем и сопоставляем. Для этого мы и нужны казахстанской науке на данном этапе. Я уверен в большом будущем вашей страны. Потенциал здесь огромен.

Аскар ДЖАЛДИНОВ, фото с сайтов jetsetter.ua и startupnexus.net, Астана

Загрузка...
Комментарии 1
Для того, чтобы оставить комментарий необходимо войти с помощью:
Время или Зарегистрироваться
robopak1988
4 июля 2017, 10:20
Все конечно хорошо, только почему патенты потом продаются за рубеж? Наверное потому, что у нас никто не хочет что либо производить, нет промышленности, все только торгуют, а на базаре все эти разработки не нужны.
Ссылка
Астропрогноз
на 18 октября

Золотые слова

«- У граждан возникает резонный вопрос: если правительство допускает такую ситуацию, то зачем намтакое правительство? »

Айкын Конуров, депутат мажилиса:
Сказано на заседании парламента в среду по поводу топливного кризиса в стране.
Вопрос на засыпку

Министр труда и социальной защиты Тамара Дуйсенова в минувший вторник сообщила, что самозанятым планируется упростить порядок регистрации в налоговых органах. На ваш взгляд, какие выплаты должны делать 1,4 миллиона выявленных “непродуктивно самозанятых”?

Картинки с Олимпа
от Владимира Кадырбаева

Прямой эфирКомментарии
 
Новости партнеров