Хочется про честь

Бурю негодования вызвали в местных интернетах заявления депутатов маслихата Атырау­ской области, сначала смело вставших на защиту экс-акима области Бергея РЫСКАЛИЕВА, а потом от этого скоропостижно уставших. Отец и защитник народа в одной редакции обращения маслихатменов стремительно стал отчимом и коррупционером в другой. Молниеносности депутатского перехода из одного агрегатного состояния в другое позавидует и лапша “Роллтон” - похоже, чтобы довести продукт до полной готовности, поварам даже не пришлось использовать кипяток.

Со стороны все это выглядело довольно топорно - уже, казалось бы, привыкшие ко всему казахстанцы в этот раз были несколько озадачены. Не то, чтобы люди ждали чего-то другого от депутатов - от них уже давно ничего не ждут в принципе - просто многим показалось, что на этот раз пройден Рубикон, за которым только окончательное грехопадение в пучину мужской и в целом национальной несостоятельности. В самом деле, как это можно: сначала признавать себя верным вассалом одного господина и тут же продавать его, почуяв неладное? Раньше казахи не были такими! Они были батыры! А вот в Японии такое представить себе невозможно, потому что там за честь делают харакири! И так далее.
Вообще, теория девальвации нации витает в воздухе перманентно, поскольку периодически подпитывается случаями а-ля Атырау-стайл и любыми другими из негативного спектра. Чрезвычайно много примеров в поддержку идеи о деградации этноса (преданные товарищи предают друг друга, роженицы бросают детей в мусорках, в аулах спиваются, чиновничество погрязло в коррупции, мажоры сбивают людей на машинах и остаются безнаказанными - список можно продолжать бесконечно) и непозволительно мало тех, что сигнализировали бы о казахстанском ренессансе (автор даже затрудняется назвать их).

Если же локализовать тематические искания, то в исторических документах можно найти массу примеров такого поведения достойных казахских мужей, рядом с которым атырауский плюрализм - проходное и ничем не примечательное событие. Речь даже не о тоннах компромата, который сочиняли друг на друга лучшие представители нации начиная с 30-х годов (у Толена АБДИКОВА есть пьеса, посвященная этому вопросу, этические принципы коей можно выразить фразой “Если бы я не заявил, заявили бы меня, и приходилось работать на опережение”). Здесь всегда можно сослаться на то, что казахский народ испортила советская власть, что именно она уничтожила всех батыров вольнолюбивого народа (а батыров и вправду полегло немало).
С точки зрения современной морали весьма постыдным выглядит, например, поведение славных старшин и биев во время миссии ТЕВКЕЛЕВА к хану АБУЛХАИРУ в 1731 году. Здесь надо заметить, что указанные представители степной элиты были не чета нынешним депутатам хотя бы потому, что являлись уважаемыми (без кавычек) людьми. Статус, впрочем, не помешал этим людям  менять убеждения в зависимости от наличия или отсутствия подарков с российской стороны (кстати, батыр Богенбай от денег отказался). Такова была данность, и этой данностью умело пользовалась Россия, одаривая пом­пезными побрякушками то одного “дикаря”, то другого. Наши предки не гнушались и выпрашиванием презентов, дабы лишний раз щегольнуть расположением империи.
И дело здесь не в какой-то отличительной ущербности или девальвации нации - по аналогичным схемам выстраивались любые подчинительные отношения в истории, будь то испанцев и майя, европейцев и индейцев Нового континента, или Золотой Орды с теми же русскими.

Конъюнктурные перепозиционирования тоже сыпались со всех сторон - русские князья “сливали” ближайших родственников при каждом удобном случае, а многие казахские батыры, возглавлявшие “национально-освободительные движения”, такие как Каратай НУРАЛИЕВ, Есет КОТИБАРОВ или Сыздык КЕНЕСАРИН, были амнистированы, прощены и верой и правдой впоследствии потом служили российским властям.
Конечно, когда читаешь это сейчас, остается осадок, как в том анекдоте. Но тогда это были реальные survival rules, правила выживания. Те времена нельзя судить по меркам, принятым в XXI веке. И проб­лема не в том, что депутаты-2012 потеряли всякий стыд, а в том, что правила в 2012 году в Казахстане остались прежними. Феодальными.
У российского исследователя Льва ГУДКОВА есть книга “Абортивная модернизация”, в которой рассматривается несколько моделей развития государств. “Абортивная” - это трассирующая, в которой после рывка неизбежно следует застой (напоминает что-то, не правда ли?). Так вот, в странах с подобной системой насилие является естественным фактором социальной жизни, а агрегатором насилия выступает власть. Поэтому паства всячески пытается пристроиться к аппарату насилия - для реализации этой цели используются агенты аппарата в виде силовых органов. Чем больше у тебя силовых полномочий, тем жизнь слаще. Надо только помнить, что, если ты не верхнее звено пищевой цепочки, всегда найдется тот, кто сможет перевести тебя в коленно-локтевую позицию. Этим же объ­ясняются стереотипы поведения наших сограждан - если их подрежут на дороге или покажут средний палец, они могут начать стрелять, но если их перманентно давит власть, то они терпят как ни в чем не бывало. Собственно, общественное поведение с равнозначными есть отрыжка отношений с представителем корпуса насилия - человек не может дать в лицо наглому финполицейскому, зато потом отрывается на слабых. Сравните с поведенческими моделями в Европе, где средний палец мало кого способен возбудить, зато наступательные движения на социум или индивида со стороны власти всегда встречают отчаянное сопротивление.

Жизненный стиль депутатов Атырауского маслихата замечательно укладывается в выстроенную систему отношений. Попробуйте оскорбить депутата, и он раздавит вас. Но если вы окажетесь родственником доминирующего альфа-самца, будь то аким или премьер-министр, то народному избраннику придется сублимировать где-нибудь в другом месте. Что он с удовольствием и сделает, сославшись на то, что “ранее не владел полной и достоверной информацией о происходящих в эти дни событиях”.
То же самое касается всех тех господ, кто сейчас, не щадя языка, возвеличивает, превозносит и восхваляет. В Средние века вассалы принимали присягу у нового сюзерена быстрее, чем остывало тело прежнего. Ничего личного. Survival rules.
Но судить о целой нации по отдельным ее представителям, в кодекс правил которых входит полное соответствие столбовой линии, это, пожалуй, слишком банально. Все мы знаем, что есть полноценные личности, не впадающие в истерику, когда их подрезают на дороге, не меняющие свои показания о соратниках, как только меняется ветер, и выступающие против инициатив власти, направленных на ограничение свобод. Они могут быть непубличными, но они есть. И лицо нации определяют именно они, а не конформисты и коррупционеры, засевшие в эшелонах власти.
Хотя, возможно, я просто не владею полной и достоверной информацией о происходящих в эти дни событиях.

Тулеген БАЙТУКЕНОВ, тел. 259-71-96, e-mail: tulegen@time.kz, Алматы