Человеческий капитал в Казахстане деградирует

На вопросы читателей газеты “Время” отвечает экономист и политолог, замдиректора Центра анализа общественных проблем Канат БЕРЕНТАЕВ (на снимке).

(Продолжение. Начало здесь)

Айнаш САДЫКОВА, Уштобе, Алматинская область:
В провинции на развитие бизнеса выдаются только мини-кредиты. Даже под залог жилья невозможно взять большой кредит, потому что недвижимость у нас стоит копейки. Как же нам развивать свой бизнес?
- Во-первых, попробуйте обратиться в фонд поддержки предпринимателей при Фонде устойчивого развития “Казына”. Во-вторых, в Талдыкоргане создается социально-предпринимательская корпорация (СПК) “Жетысу”, которая предназначена помогать предпринимателям, и не только кредитами, но и организацией производства, маркетинговыми услугами. Если ваш бизнес связан с сельским хозяйством, то, по моей информации, недавно правительство дополнительно выделило сельчанам 64 миллиарда тенге.

Еркин АМАНДОСОВ, Петропавловск:
Есть ли в Казахстане национальная идея и что она из себя представляет?
- Ее нет. Но ею мог бы стать какой-то лозунг, который объединил бы всех, призвал бы решить серьезный вопрос, который актуален для всего общества. Например, когда-то японцы объединились в стремлении стать великой державой, корейцы - создать прорывное производство. А что у нас? Призвать к тому, чтобы появилось еще несколько миллиардеров? На это вряд ли кто пойдет.
В последнее время исследования по этой теме заводят в тупик хотя бы потому, что под национальной идеей многие сразу понимают идею национального превосходства казахов или русских. Это в корне неверно! Чтобы сформировать идею, надо сначала сформулировать проблему. Например, как сохранить суверенитет в условиях глобализации? Или - как обеспечить каждому казахстанцу всестороннее развитие?

Ермек АЯПОВ, Караганда:
Сейчас очень много наших студентов учится за границей. Скажите, действительно ли развитие умственных способностей человека зависит от его географического местонахождения в данный конкретный момент?
- Разумеется, нет. Вспомните хотя бы Ломоносова, который родился в Холмогорах и пошел в Москву пешком с обозом. Честно говоря, я не сторонник того, чтобы наши студенты, особенно те, что будут управлять экономикой, обучались за границей. Мне кажется, программа “Болашак” делает две неправильные вещи. Во-первых, формирует какой-то определенный клан управленческой элиты, которая, вернувшись с учебы на родину, не будет знать ситуации в реальном секторе Казахстана. Во-вторых, студенты, обучающиеся по этой программе, становятся прямыми агентами влияния научных и политических кругов тех стран, в которых они обучались. Передача управления страной таким людям - шаг, мягко говоря, неоправданный.

Ситуация осложнена тем, что у нашего Министерства образования и науки нет никакой стратегии развития. И все попытки реформировать сферу образования приводят лишь к разрушению прежней системы, поэтому качество подготовки научных кадров резко упало. Я сужу по кандитатским диссертациям, которые мне приносят на рецензирование. В советское время даже студенческие дипломные работы были сильнее! Новое поколение гораздо менее образованно, чем прежнее, то есть речь идет о деградации человеческого капитала. Вместо того чтобы учить молодого человека мыслить, мы заставляем его тыкать в варианты ответов, что, в общем-то, по силам и обезьяне.

Алмас ИСКАКОВ, Алматы:
Почему в программе “30 корпоративных лидеров” их именно 30?
- Почему их 30, никто не может сказать. Просто у нас любят круглые цифры. Возможно, авторы программы думали: 20 - это мало, а 50 - много.
Абсолютно неясно, по каким критериям выбирают этих “лидеров”. Например, в число “прорывных” проектов попали два завода в Астане - шинный и автосборочный. Оба эти предприятия, мягко говоря, ненужные. Ведь на примере усть-каменогорского завода “Азия-Авто” ясно, что собираемые у нас автомобили становятся дороже привозных, поэтому правительство и хотело волевым решением пересадить всех чиновников на отечественные машины.

А вот другой пример. В Актау работало ТОО “Казазот” по производству азотных удобрений. Его продукция востребована не только у нас, но и за границей. Они на свои деньги готовы были открыть завод еще в прошлом году. Основное сырье для производства их продукции - природный газ, объемы потребления которого смехотворны. Но, как ни странно, в Мангистауской области предприятию никто не гарантировал стабильные поставки газа - даже по экспортной цене. И это в регионе, богатом углеводородами! Когда директору предприятия надоела неопределенность, он поехал в Астрахань, подписал договор с Газпромом и с местными властями. Теперь сворачивает производство в Казахстане и уезжает в Россию.

Антон ШИБУЛИН, Алматы:
Когда же, наконец, закончится экономический кризис?
- Ничего утешительного на этот счет, к сожалению, сказать не могу. Кризис будет продолжаться и в течение этого года. Инфляция останется на уровне 12-13 процентов в год.

Сергей ВАРФАЛОМЕЕВ, Уральск:
Как вы считаете, в чем истинная причина создания социально-предпринимательских корпораций (СПК)?
- Очень сложный вопрос. Во-первых, никто точно не знает, что такое СПК. Вроде бы это бизнес-структура - значит, ее целью является извлечение прибыли. И часть этой прибыли СПК будут инвестировать в социальные проекты. Но тут сразу возникает момент: “социалка” - это не функция бизнеса. Функция бизнеса - получение прибыли. Социально ответственной компания может быть только перед своими сотрудниками и членами их семей. А строительство развязок или содержание школ - это лишь дополнительная нагрузка, которую бизнес берет на себя либо под нажимом, либо ради каких-то будущих поблажек. Социально ответственным должно быть прежде всего само государство.

Кроме того, нет до сих пор закона о СПК, а значит, нет и правового поля их деятельности. Его принятие несколько раз переносили, и в конце концов законопроект завис.
Все разговоры об СПК с акимами сводятся к одному: какую собственность государство может отдать корпорациям, а какую - сохранить у себя. Таким образом, СПК способствуют перераспределению собственности и, в конечном счете, падению политического веса акимов.
В конечном итоге это приведет к тому, что аким области лишится основной базы своего влияния. И вот тогда, думаю, власти пойдут на выборность всех акимов - вплоть до областных.

Евгений ЗЕНЧИН, Астана:
Государство, как фокусник, ловко жонглирует квотами на сахар. Какова логика правительства в этих действиях?
- Логика очень проста: у государства непоследовательная политика поддержки предпринимателей. Вводятся квоты на ввоз сахара - якобы с целью поддержки отечественного производителя. А чем в данном случае сахарная промышленность отличается, например, от мебельной? Мы же производим и сахар, и стулья. По-моему, все дело в том, что после передела рынка сахара он оказался под контролем людей, которые свои интересы ставят выше интересов государства и потребителя.

На “прямой линии” дежурил Виктор БУРДИН, фото Владимира ТРЕТЬЯКОВА, Алматы
(Окончание - в субботнем номере)