Слишком люблю свободу

В 10 лет он сыграл свою звездную главную роль в фильме “Ањшы бала”. А к 28 годам успел стать востребованным актером на родине, поработать в России, Турции и пересобрать заново свои отношения с профессией. Именно поэтому Сануржан рассказывает, что сейчас у него жизнь насыщенная, но от многих предложений отказывается по идейным соображениям.

- Сейчас я пришел к тому, что совершенно осознанно снимаюсь меньше, - откровенничает Сануржан. - Дело в том, что я в профессии уже 18 лет и в какой-то момент понял, что в отношениях с любимым делом мы друг друга просто эксплуа­тируем. Например, часто приходится делать то, что отражается на здоровье. И, самое главное, не всегда в результате получается классный продукт, который отвечает твоим принципам. Я убежден, что актер не должен быть просто исполнителем, он соавтор роли и очень важно видеть в нем творца.

- Можете привести пример, как страдало из-за работы в кино ваше здоровье?

- Я прекрасно помню, как, будучи ребенком, осенью и зимой снимался в летних сценах в легкой одежде. Да, между дублями тебя отогревают, но это не проходит бесследно. Я не говорю про недосып. А чего стоят сгонка и набор веса! Причем всегда подготовка к роли происходит в очень короткие сроки. Когда я играл Жаксылыка УШКЕМПИРОВА (это, кстати, одна из моих любимых работ), пришлось за две недели сбросить 10 килограммов - такое экстремальное похудение. И после проекта организм отомстил мне. Поэтому я предпочитаю, чтобы мои отношения с профессией строились на любви и качестве. А для этого в числе прочего важно быть финансово независимым.

- То есть для вас кино - это не способ заработать?

- Деньги не главное, самая большая магия кино для меня в другом - мы создаем через сыгранные роли модели, на основе которых зритель проживает какой-то опыт и принимает решения о том, каким быть. Вот эта часть для меня важна.

- Тем не менее даже сейчас, когда вы мало снимаетесь, ожидаются премьеры!

- Еще одно волшебство кино. В этом году в прокат должен выйти фильм, который мы сделали девять лет назад. Для меня это особенная история: режиссер из Канады Бауржан ДОСМАГАМБЕТОВ создал сценарий на основе своих детских впечатлений. А вырос он в Караганде, где в зоопарке жил знаменитый говорящий слон Батыр. Получилось доброе семейное кино. Я патриот, и меня однозначно вдохновляет, когда человек, родившийся в Казахстане и теперь живущий в другой стране, все равно возвращается и делает здесь творческий проект, когда он с теплом и нежностью вспоминает родину.

- Кстати, именно в проект девятилетней давности вы ушли из театра, где проработали один сезон. Почему так мало?

- Я понял, что не могу служить театру в той мере, в какой это делают коллеги, - слишком люблю свободу и эффективные методы распространения идей. Последнее относится к кино с его массовым зрителем. К тому же прекрасно понимаю, что, если бы остался в театре, вряд ли моя жизнь оказалась такой насыщенной.

- Вот тут не поспоришь. В России вы попробовали себя в разных областях, даже экспериментировали с музыкой. Пожили полгода в Америке, еще раз туда приехали и спасли на трассе человека…

- Да, это произошло год назад. На наших глазах пожилой автомобилист на скорости не вписался в поворот, вылетел с трассы, и мы вовремя успели его вытащить из автомобиля, прежде чем тот загорелся. Дело в том, что в США в любых экстренных случаях принято полагаться на службы спасения, а не пытаться помочь самостоятельно. По­этому я совершенно искренне во всех интервью говорил, что на моем месте также поступил любой другой казахстанец. 

Мы продукт другого социума и воспитаны так, что должны в трудную минуту не задумываясь прийти на помощь. У нас главное не протокол, а плечо человека рядом. Так что это не моя заслуга, а всего нашего общества. Не говоря о том, что мы, живущие в Казахстане, умеем с теплом и уважением относиться к чужой культуре, умеем любовью и теплом давать ощущение важности, нужности любого человека. Это то, что нас всех объединяет.

- Сложно было работать в России?

- Там надо постоянно доказывать, чего ты стоишь. Но в 20 лет, когда я там работал, это даже добавляло азарта. Ты приходишь на площадку, на тебя с недоверием смотрят ровно до тех пор, пока не отработаешь свою сцену. Вот тогда “просыпается” режиссер, благодарит, и сразу все резко меняются по отношению к тебе.

- Расскажите чуть подробнее, как вы попали в кино?

- С удовольствием, я очень люблю эту историю, если честно. С трех лет мама увидела во мне артистизм и отвела в модельную студию. Я снимался в рек­ламе, участвовал в конкурсах. Потом я решил отрастить волосы, потому что где-то прочитал, что сила мужчины в волосах. Понятно, что жители моего поселка Каргалы, старшеклассники, учителя были не в восторге от этой идеи. Тем не менее я доказывал право быть таким, каким хочу. И когда на осенний бал нужно было приготовить эффектный номер, мне поручили изобразить Майкла ДЖЕКСОНА. Мама отдала свою рубашку, перчатки, я несколько вечеров сидел у телевизора и караулил клипы певца, чтобы запомнить, как он двигается. Зато как я кайфовал, оказавшись на сцене! Успех был огромный, пришлось потом еще в нескольких мероприятиях принять участие. И когда в школу пришел запрос с киностудии - найти для кастинга кудрявого, длинноволосого, артистичного мальчика, хорошо говорящего на родном языке, завуч сразу сообщила об этом мне. Я маме с порога сказал, нисколько не сомневаясь в результате, что “Казахфильм” хочет снимать меня в кино.

- Чем вам помогли длинные волосы?

- Режиссер Ерлан НУРМУХАМБЕТОВ тогда сразу сказал, что, если парень из поселка имеет длинные волосы, значит, у него внутри есть стержень, то, что надо. В итоге я прошел кастинг не на второстепенную роль длинноволосого пацана, а на главную. Несмотря на то что экспертный совет был против, вся команда фильма боролась за меня. Так случился мой первый и самый потрясающий для меня опыт в полнометражном кино. А студия “Казахфильм” с тех пор у меня осталась в сердце как флагман нашего кино.

- А какую роль вы не сыграли, но очень хотите?

- Очень хочу сыграть историческую личность, человека, значимого для моего народа. Я много времени прожил в других культурах и именно этот опыт заставил меня острее почувствовать, как важно возвращаться и работать для своего, казахстанского зрителя. Сейчас вскрываются новые страницы истории, мы узнаем о новых личностях, и радует, что в кино тоже много исторических проектов.

- Какое кино вы не любите?

- Потребительское, то, которое просто эксплуатирует внимание зрителей. Всем нам, работающим в кино, надо понимать: мы создаем то, что не заканчивается с прокатом. Снятые фильмы переживут нас и будут свидетельством этой эпохи, станут рассказывать о нас следующим поколениям. Не говоря о том, что они напрямую формируют мировоззрение нынешнего.

Ксения ЕВДОКИМЕНКО, фото предоставлено Сануржаном Сулейменовым, Алматы